Районный военный комииссар, майор, в свободное время увлекался поэзией, сам писал стихи (рассказ А.Т. Твардовского «Печники»).
Однажды школьному учителю русского языка и литературы майор прочел несколько своих стихотворений: «… Они были очень похожи на многое множество появляющихся в газетах и журналах стихов о целинных землях, солдатской славе, борьбе за мир, гидростройках, плотинах, девушках и маленьких детях — будущих сверстниках коммунизма — и, конечно, стихов о стихах. И они были не просто похожи невольной похожестью подражания, которого автор хотел бы избежать, но казалось, что его усилия как бы к тому только и были направлены, чтобы все у него было как у людей, как полагается быть в стихах. Об этом я ему не мог сказать: уж очень он мне был по душе своей добротой, товарищеской участливостью, умелостью на все руки и не деланной, а подлинной скромностью».
Мой бывший одноклассник Дима М. тоже пишет стихи, они мне нравятся:
С утра на улице хлопочет,
Кружит февральская метель.
После шальной, разгульной ночи
Застелет свежую постель.
Степным простором погуляет
И, как искусный дипломат,
Шероховатости сровняет
Под зимний, признанный формат.
Загладит ямы и овраги,
В кустах разбойно засвистит.
Нетронутым листом бумаги
На солнце снова заблестит.
Устав, немного станет тише
Среди слепящей белизны.
И каждый внемлющий услышит
Морозный шелест тишины.
Такое было не однажды.
Метель трудилась неспроста.
Теперь свой путь продолжит каждый,
Как будто с чистого листа.
*
Холодным ветром закружило
Цветов опавших хоровод.
Опять неласковая сила
Швырнула камнем в огород.
Весной с преступным постоянством
В моих садах гуляет зло.
И рвёт цветущее убранство,
Чтоб нам опять не повезло.
Напрасно долгожданным летом
Нарвать надеемся плодов.
Вновь облетела пустоцветом
Краса весенняя садов.
Чтоб огорчились все на свете,
Идёт ещё одна беда.
Злой силе подчинённый, ветер
Пригнал шальные холода.
И вот расстроилось свиданье
Пчелы-трудяги и цветка.
Убить основу мирозданья
Чья вознамерилась рука?
Мне, как свои, проблемы эти,
Увы, понятны и близки.
Чтоб мне помочь, никто на свете
Не прибежит подать руки.
Сечёт холодным, встречным ветром,
Чтоб жизнь моя не зацвела
И осыпались пустоцветом
Незавершённые дела.
Чтоб были б следом на планете
Одни просчёты и грехи.
Но, как мои родные дети,
Ещё останутся стихи.
Что ждёт их за портфелем тесным?
Пока созвездия молчат.
Пройдут ли фактом неизвестным,
Как я, а может - прозвучат?
